Закон о поддержке софтверной индустрии: проблемы правоприменения

Закон о преференциях для российских производителей софта появился на свет с выдающейся скоростью – от обсуждения возможности его принятия  до подписания президентом  прошло всего три месяца.

С началом следующего года он вступает в силу. Попробуем проанализировать последствия, сосредоточившись на проблемах, с которыми может столкнуться правоприменение. Проблемы эти опасны тем, что способны помешать достижению целей, ради которых всё затевалось.

Таких целей три:

  1. Экономическая. Известно, что доллар, заработанный софтверной отраслью, даёт ещё пять долларов прироста ВВП (понятно, почему: главный ресурс в разработке софта – люди, поэтому инвестиции в разработку софта равны инвестициям в образование и внутренне потребление). Экономическая цель импортозамещения понимается прежде всего в этом смысле, а не в виде «отечественный софт дешевле импортного». Сегодня «первый доллар» вывозят из страны SAP, Microsoft, Oracle и др. транснациональные компании, задача состоит в том, чтобы попытаться оставить «первый доллар» в России.
  2. Информационная безопасность. Даже если производитель открывает исходные коды (как это делает, в частности, Microsoft), безопасность программного продукта возрастает не сильно. Одного доллара за анализ строки кода – а именно по такому нормативу сама же Microsoft финансирует эту работу – совершенно недостаточно, чтобы достоверно обнаружить недокументированные функции. Гораздо больше доверия компании, которой владеют соотечественники, которая держит разработчиков в России и здесь же имеет полный цикл изготовления программного продукта.
  3. Технологическая безопасность. После введения санкций на поставки софта, предложений отключить Россию от платёжных систем и SWIFT глупо было бы отрицать вероятность того, что в какой-то момент импортный софт может превратиться в оружие, направленное против нас (в таком предположении нет ничего нового, оно многократно и публично высказывалось специалистами, см., например, здесь). Надо быть готовым к тому, что критически важным IT-системам в какой-то момент придётся работать в условиях изоляции от внешнего мира. Стране нужен минимальный IT-суверенитет, и отечественный софт – одна из важных частей такого суверенитета.

Прежде всего, и это прямо относится к п. 1, подтвердить исключительные права на софт, что необходимо для определения его «российскости», в нашей стране – целая история.

Вот одна из применяемых схем.

Компании надо заключить договор с каждым программистом, представить документы, подтверждающие, что программист был действительно нанят и получал зарплату, пройти иные бюрократические процедуры. Это предусмотрено Гражданским кодексом. Который, к слову, уже обусловил исключительные права на «программы для ЭВМ и базы данных» регистрацией в Роспатенте, где ведётся соответствующий реестр. Реестров программных продуктов, конечно, может быть более одного, но путаница в данном случае, скорее всего, возникнет, поскольку один реестр (Роспатента) используется как критерий попадания программного продукта в список отечественных. Ведь законодатель считает программный продукт отечественным на основании того, кому – соотечественникам или нет – принадлежит софтверная компания, владеющая исключительными правами на софт.

При этом для российских граждан допускается владение исключительными правами на программный продукт через посредство иностранных компаний (юридических лиц) – и такой продукт будет считаться отечественным. С точки зрения достижения технологической независимости, логично было бы одновременно определить требования к производственному циклу программного обеспечения, его сборке из исходных кодов в изолированной среде на территории РФ и качеству инфраструктуры для поддержки и сопровождения продукта. Но закон ничего не говорит об этом и вообще о критериях, важных с точки зрения достижения третьей цели – технологической независимости.

Сложно будет применить закон по отношению к программным продуктам, предоставляемыми потребителю по модели SaaS, и в виде онлайн-сервисов. Например, решение, предусматривающее платформу «Яндекс.Почта» для создания почтовой службы в организации – это отечественный программный продукт? Вероятно, да, но как быть с местонахождением серверов?

И это только частный случай, демонстрирующий, что в законе не определена процедура использования реестра российского программного обеспечения потребителями программных продуктов. В соответствии с нынешними формулировками закона № 149-ФЗ, уполномоченный федеральный орган исполнительной власти обязан уведомить правообладателя о включении соответствующей информации в реестр российского программного обеспечения. Но не предусмотрен порядок взаимодействия уполномоченного органа с правообладателем в случае изменения (необходимости уточнения) сведений в реестре, не установлена ответственность заявителей при предоставлении недостоверных сведений для внесения в реестр.

Закон устанавливает, что госзаказчики обязаны публиковать обоснование невозможности или нецелесообразности закупки отечественного софта, если предполагают приобрести импортный программный продукт. Ключевое значение для этого имеет методика сравнения программных продуктов, позволяющая определить – аналогичны ли, например, «1С: УПП» и SAP R/3? Причем ответ на этот вопрос должен быть получен применительно к конкретному IT-проекту.

В настоящее время координацию IT-проектов в органах федеральной власти осуществляет Минкомсвязь – так определено постановлением правительства. Но едва ли можно «свалить» на регулятора ответственность за решение, какой софт применить, отечественный или импортный, в каждом случае, когда возникает такая дилемма. Даже если методика сравнения отечественных программных продуктов с импортными и появится, что требует большой работы – к январю управиться едва ли получится. Задача не нова, её приходится решать, например, тем, кто переходит с Windows на Linux. Для поиска аналогов программных продуктов созданы специальные онлайн-ресурсы, и на это ушли годы коллективных усилий.

Это лишь некоторые вопросы, ответы на которые должны быть получены до 1 января 2016 года, когда закон о преференциях для российских производителей софта начнёт действовать. Ждать ответы следует от правительства – подзаконные акты в его компетенции.

Следите за нашим Телеграм-каналом, чтобы не пропускать самое важное!

Поделиться: