Октябрьская революция в соцсетях

На прошлой неделе Таганский суд Москвы удовлетворил иск столичной прокуратуры к Google LLC о снятии ограничений на просмотр фильма «Беслан» Александра Рогаткина на YouTube. Ответчик с вердиктом не согласен и будет его обжаловать. Ещё бы: цензура в Google чуть ли не впервые в мире получила юридическую оценку. Меж тем, предвзятость и прямое нарушение общественных интересов руководством соцсетей стали мировой проблемой. За последние годы из открытых платформ с широким спектром мнений они превратились в чисто партийные СМИ с жёсткой редакционной политикой. Причём глобальные. Век назад так уже было: перевороты начала XX века называли «революциями телеграфа». Последствия идеологизации соцсетей могут стать ещё серьёзнее. Если не принять антитрестовских мер.

Вердикт

Документальный фильм-расследование «Беслан» режиссёра Александра Рогаткина был показан телеканалом «Россия 1» 3 сентября, в 16-ю годовщину трагедии в школе №1 Беслана (Северная Осетия). Напомним, что 1 сентября 2004 года её захватили террористы Шамиля Басаева. Нелюди взяли в заложники детей. Они удерживали их два с половиной дня в жутких условиях: без воды и еды. Затем раздались взрывы. Начался штурм, в результате которого погибли 314 заложников, из них 186 детей. Всего итогом кровавого теракта стали 333 убитых и 783 раненых. Для России Беслан до сих пор является кровоточащей раной: следствие по делу продолжается, о чём и рассказал фильм.

Но Google до наших переживаний дела нет. Видеосервис YouTube, принадлежащий Google, сразу же объявил фильм «недопустимым», ввёл возрастное ограничение 18 лет и доступ только по регистрации. Обычно такие ограничения накладываются на жёсткое порно с садизмом. Компания объяснила свои действия «изображением сцен насилия или жестокости». Интересно, как в Google видят рассказ о теракте без упоминания насилия? Слово «террор» переводится как «ужас». Не обсуждая художественные достоинства фильма, замечу, что ужасы он не смакует. На мой взгляд, их там даже меньше, чем нужно для осознания масштабов трагедии. Человек зрелый, в 2004 году живший, поймёт. Но для молодёжи впечатлений маловато.

Роскомнадзор счёл ограничения на просмотр фильма актом цензуры и 7 сентября направил в Google LLC соответствующее письмо. В компании не вняли и ограничения не отменили. В начале октября прокурор Москвы обратился с иском в суд в защиту прав, свобод и законных интересов неопределённого круга лиц. Материальных претензий иск не содержал, но требовал восстановления нарушенных прав и устранения неправомерных ограничений доступа.

Таганский суд Москвы своим вердиктом от 22 октября исковые требования удовлетворил в полном объёме. Что ответчику, разумеется, не понравилось. Компания немедленно заявила, что будет обжаловать решение суда. «YouTube никогда не ограничивал права пользователей на доступ к видео. В соответствии с политиками YouTube, видео, которые могут быть чувствительны для определённых аудиторий, например, откровенно изображающие сцены насилия, содержат соответствующие предупреждения. Просмотр таких видео происходит после подтверждения согласия на просмотр, которое пользователь даёт, войдя в свой аккаунт, если он не залогинен на момент просмотра», – заявили в Google.

Казалось бы: вот белый и пушистый Google, к которому пристают злые московские прокуроры и судьи. Создай аккаунт, да смотри своё кино — чего возбудились-то? Дьявол, как известно, в деталях: вы на YouTube в последний год регистрироваться пробовали? А на Facebook? Попробуйте! Займёт часа полтора. Причём из вас вытянут всю подноготную о персональных данных. Например, обяжут иметь почтовый аккаунт в Google. А для него в свою очередь потребуют чуть ли не номер банковского счёта — интересно, зачем? Когда вы, наконец, отправите удовлетворяющую Google версию своих данных, вам с улыбкой сообщат, что зарегистрировать… не смогут. Потому что пандемия; сотрудники работают удалённо, рабочих рук для проверки не хватает. Приносим свои извинения, но фильм вы не увидите. А когда увидим? А Бог его знает: озабоченный конфиденциальностью Google данные не хранит; регистрируйтесь заново. По-русски это называется лукавством: вроде, прямо и не лгали, но по факту — надули.

Бей своих, чтобы чужие боялись

За последние 10 лет соцсети сильно испортились и, что называется, достали. Ладно бы они так только с русскими поступали: ну не любит нас их руководство и хозяева. Но вот США, где они все живут. Идёт президентская кампания; до выборов две недели. В этот момент оба соперника, что называется, ходят с козырей: вываливают весь компромат, что сумели найти. Команды Байдена и Трампа отнюдь не исключение. Только грязное бельё с каждым разом ворошить всё сложней. На кону огромная власть и деньги; обидно терять их из-за разоблачений. Поэтому кандидаты подбираются, чтобы комар носа не подточил: с тщательно подчищенной биографией; непорочные, аки ангелы. Тем не менее, борьба на финише обострилась.

Первыми удар нанесли демократы. Контролируемая ими The New York Times 27 сентября фактически обвинила действующего президента США в уклонении от уплаты налогов. Газета сообщила, что в 2016-м и 2017-м годах Дональд Трамп заплатил по 750 долларов, что для миллиардера как-то скромно. Хотя источники газеты были полностью анонимны, соцсети тут же накинулись на Трампа. Что с точки зрения демократии правильно: должен же американский избиратель знать, мошенник его президент или нет.

Затем пришёл черёд залпа главного калибра республиканцев. Их The New York Post 14 октября опубликовала очередное расследование деятельности Хантера Байдена, сына кандидата в президенты от Демпартии Джо Байдена, на Украине. Команда Трампа давно муссирует тему конфликта интересов в семье Байдена. Но тут обнародовали переписку Байдена-младшего. И видео, где некто очень на него похожий занимается сексом, употребляя наркотик крэк. Казалось бы, вот повод соцсетям ради торжества демократии сравнить кандидатов. Как бы не так! Twitter и Facebook немедленно ограничили доступ к публикации. Была заблокирована не только возможность ссылок, но даже воспроизведение скриншотов. Пострадали тысячи аккаунтов, включая личный Twitter-аккаунт пресс-секретаря президента США Кэйли Макэнани. Основания? Те же, что и для фильма «Беслан»: «недопустимые материалы».

Владельцы и высший менеджмент Google и соцсетей неоднократно заявляли о своей приверженности Демократической партии. Разумеется, для партийного СМИ любые материалы, критикующие руководство родной партии — недопустимы. Много ли в СССР в газете «Правда» критиковали ЦК КПСС? Другое дело, что гиганты электронных СМИ всегда позиционировали себя как открытые платформы, где приветствуется и происходит достаточно свободный обмен мнениями. Над старыми медиа они смеялись, выставляя их (часто справедливо) ангажированными и идеологизированными. Именно это позволило им вырасти до глобальных монополий на рынке информации. Но теперь они сами стали проводниками вполне определённой идеологии: Демпартии США в версии Кремниевой долины.

На самом деле всё ещё хуже. Цензоров газеты «Правда» мы хотя бы знали по именам. Но кто цензурирует соцсети? Кто все эти люди? (интернет-мем). В 2016 году, когда о цензуре в соцсетях впервые громко заговорили, было проведено расследование. Оказалось, что подавляющее большинство грозных цензоров… студенты на аутсорсинге. Сидит паренёк, 20 лет от роду и для миллиарда человек решает: вот это кино ты смотреть будешь, а «Беслан» — ни-ни. Почему? Потому что я так сказал!

Нечто подобное в истории уже было. Век назад череду революций, в том числе две русских революции 1917 года, называли «революциями телеграфа». Недаром В. И. Ленин говорил о важности его захвата при вооружённом восстании. Оседлав коммуникации (каналы управления), небольшая сплочённая группа заговорщиков начинала рассылать инструкции региональным чиновникам. Те привычно их исполняли. А если требовали разъяснений, телеграф молчал. В результате возможность организованного сопротивления в первые, самые важные дни смуты оказывалась заблокированной. Тогда монополию на международный телеграф имела Англия. Сейчас монополия глобальных соцсетей у США, но демократическим айтишникам не стоит обольщаться. Как и телеграф с телефоном, сети лишь инструмент. В чьих руках топор глобальной цензуры окажется завтра?

Доигрались

Опасность монополизации электронных медиа постепенно осознают. Предлагается лечить её с помощью проверенного антитрестовского законодательства. Напомню, что в 1911 году компанию Джона Рокфеллера Standard Oil, которая превратилась в монополию на рынке топлива, конгресс США принудительно расчленил на ряд более мелких. Причём сам Рокфеллер от этого только выиграл, став ещё богаче. В чём нет ничего невероятного: иначе он никогда не согласился бы на раздел и сопротивлялся до последнего. Видимо, с ним просто договорились. Сегодня многочисленные «потомки» Standard Oil конкурируют между собой, что идет на пользу потребителям.

Применить к Google и Фейсбук антитрестовское законодательство уже предложил сенатор-республиканец от штата Миссури Джош Холи. За демонополизацию электронных медиа он и группа его последователей выступают давно. Но после инцидента с New York Post к их мнению стали весьма активно прислушиваться. Похоже, айтишники доигрались: 20 октября Министерство юстиции США и прокуроры ещё 11 штатов подали против Google антимонопольный иск.

«Сегодня Google является монопольным охранителем Интернета и одной из самых состоятельных компаний на планете, с рыночной капитализацией в триллион долларов и годовой выручкой более 160 миллиардов. Много лет Google применяла антиконкурентные приёмы для сохранения и усиления своей монополии на рынках общего интернет-поиска, поисковой рекламы и общего текстового поиска, которые являются краеугольными камнями её империи», — говорится в документе. В виде искового требования заявлено: «воспрепятствовать Google в незаконном удержании монополии на рынках интернет-поиска, поисковой рекламы и общего текстового поиска в США при помощи антиконкурентной и ограничительной политики».

У богатых корпораций отличные адвокаты. Подготовленные ими руководители Google и соцсетей не раз успешно отбивались в конгрессе. Такие дела длятся годами и порождают многочисленные прецеденты и юридические казусы. Но антитрестовские и антимонопольные законы в своё время тоже принимались долго и мучительно. И ничего; действуют. Завтра Google не расчленят. И через месяц — тоже. Но на более длительном горизонте, скажем, лет пять — уже не уверен. Мало того: убеждён, что через 10 лет единого монополиста в лице Google так или иначе не будет. Потому что юридическая система США – это жернова: крутятся медленно, но вырваться, если уж попал, почти невозможно. Они не только нефть перемололи, но и газ, электричество, медицину (последнее, кстати при демократе Обаме). В данном случае сложность в том, что надо не просто расчленить компании, но и защитить свободу слова. Вероятно, нас ждёт увлекательная история модификации антимонопольного законодательства в деликатной области. Диссертаций по юриспруденции будет много.

И здесь мы можем американским законодателям и юристам помочь. Как известно, в России нет прецедентного права, а в США есть. Менее известно, что законодательство США не запрещает рецепцию: использования судебного процесса в другой стране как прецедента. Разумеется, она обставлена ограничениями; в конечном счёте, решать будет Конгресс. Но в России 22 октября один прецедент состоялся. Свершилась, можно сказать, Октябрьская революция. Так лиха беда начало.

Об авторе: Павел Чувиляев, писатель и публицист.

Следите за нашим Телеграм-каналом, чтобы не пропускать самое важное!

Поделиться: