«Мы не принимали претензии к тому, что кнопки расположены не так, как в Microsoft Office»

Федеральная служба судебных приставов – единственный федеральный орган исполнительной власти, не без успеха попытавшийся выполнить постановление правительства о переходе на СПО. Опыт ФССП сегодня важен в связи с необходимостью ослабить зависимость государства от импортного программного обеспечения. Экспертный центр электронного государства взял интервью у начальника управления информационных технологий Федеральной службы судебных приставов Натальи Звягиной.

— Успех масштабного внедрения СПО – результат либо энтузиазма, либо административного давления. Что имело место в вашем случае?

— В своё время это не называлось импортозамещением, наш выбор СПО был вызван необходимостью экономить деньги и распоряжением правительства 2299 (имеется в виду принятое в 2010 году распоряжение правительства № 2299-р, утверждавшее план перехода федеральных органов исполнительной власти и федеральных бюджетных учреждений на использование СПО к 2015 году – ред.).

Распоряжению мы очень обрадовались и стали его выполнять. Составляли ежегодные планы – не формальные, а совершенно конкретные. Например, пунктами планов были разработка технологической платформы и переход на работу в OpenOffice вместо Microsoft Office.

Ещё до постановления, в 2009 году, ФССП отказалась от закупки OEM-лицензий Microsoft вместе с рабочими станциями. Региональные подразделения ФССП оказались вынуждены переходить на СПО – альтернативы не было. Основная наша система – АИС ФССП – делалась как кроссплатформенная, так что регионы могли выбирать версию Linux по своему усмотрению. А OpenOffice позднее внедрялся централизованно, и к 2010 году переход на него завершился.

— Т.е. административное давление?

— Поначалу да. Потом стало жизненной необходимостью. С точки зрения пристава, альтернативы нет – он, работая с нашей системой, не замечает, какой софт используется. У него документ формируется в OpenOffice, и ему, приставу, удобно. Мы и исходили из этого – чтобы приставу, работающему «на земле», было удобно.

Внедрение OpenOffice происходило с привязкой с ПК ОСП, это программный комплекс отдела судебных приставов. С ним работают все, пристав-исполнитель, специалист по депозитному учёту, делопроизводитель, начальник отдела и его заместитель. Работа у пристава в основном бумажная, а ПК ОСП готовил все документы, приставу оставалось их подписать, поставить печать и отправить на исполнение.

Дальше мы перешли на безбумажный документооборот – стали встраивать электронную подпись в ПО. Пристав-исполнитель может подписать документ в электронном виде и отправить его контрагенту, должнику или взыскателю. Это полноценная система, позволяющая автоматизировать ведомственные функции в полной мере.

СПО не встретило никакого саботажа IT-специалистов на местах. Я не имею в виду конечных пользователей, от них мы претензии к тому, что кнопки расположены не так, как в Microsoft Office, не принимали.

Позже образовался и энтузиазм по отношению к СПО. К тому времени, когда мы сделали «ГосЛинукс», многие регионы уже работали на свободных решениях. Чувашия и Татарстан на Alt-Linux, Карачаево-Черкессия — на Ubuntu. Мы не мешали таким энтузиастам появляться, кросс-платформенность позволяла. С внедрением «ГосЛинукс» мы помогаем, но есть регионы, которые сами берут дистрибутив и сами его внедряют.

Что касается прикладного софта, там никакой самодеятельности не было.

После ПК ОСП мы внедрили подсистему электронного документооборота для аппаратов управления и центрального аппарата, подсистемы ведомственной статистики, аналитики, гарантированной доставки, межведомственного взаимодействия, и др.

Технологическая платформа едина, это сертифицированный продукт, используется СУБД (на базе «РедБаза Данных») плюс некоторое её окружение. Разработка велась с 2009 года. На этой платформе реализованы центральная база данных, ведомственная статистика, аналитика, подсистема электронного документооборота и др. Два года назад мы объединили все компоненты платформы, задокументировали и сертифицировали её. По условиям разработки права на продукт принадлежат РФ.

Наконец, «ГосЛинукс». С 2013 года сформирован дистрибутив. Каждый год проводится централизованное внедрение. В 2013 году был пилотный проект во Владимирской области, в 2014-м – в Костромской и Пензенской областях, в этом году – в Ярославской, Курской и республике Марий Эл, силами субподрядчиков. Красноярский край и Кемеровская область внедряли «ГосЛинукс» сами, и удалось им это лучше, по числу рабочих мест там внедрений примерно втрое больше. Мы активно поощряем те региональные управления, которые добились результата самостоятельно. Сейчас «ГосЛинукс» внедрён на 20% рабочих мест, в 2016 собираемся довести этот показатель до 50%, а в 2017 — до 100%.

— Каково общее количество рабочих мест, где должны быть внедрены «ГосЛинукс» и специальный софт?

— Более 50 тысяч.

— Кто ваш подрядчик по внедрению?

— НИИ «Восход», а у них на субподряде «Ред Софт».

— Другие ведомства благополучно проигнорировали распоряжение правительства 2299.

— Нам отчасти помогло то, что разрабатывали IT-обеспечение службы с относительно чистого листа. Отдел информатизации в центральном аппарате ФССП создан 1 января 2009 года, управление информатизации – 12 апреля. Мы увидели, что при выделенных нам ресурсах, а бюджет был незначителен, СПО – единственный вариант через три года иметь централизованную IT-службу и банк данных исполнительных производств. На проприетарном софте мы не смогли бы этого сделать. А ведь не было ещё ни каналов связи, ни единого мультисервисного оборудования. Всё делалось параллельно. В 2012 году у нас уже были и каналы связи по всей России, и прикладное ПО. Мы смогли начать публикацию банка данных исполнительных производств.

Каждый год появляются проекты, интересные специалистам. Это важно. Без такого интереса мы бы их не удержали, оклады-то невысокие. Работает у нас в основном молодёжь.

— В Красноярском крае, откуда вы пришли на нынешнюю должность, у вас был работы с СПО?

— Нет. Мы лишь изучали такую возможность. А уже здесь, в Москве, я поставила на своём рабочем месте «ГосЛинукс» и OpenOffice. Стало понятно, что ничего страшного, работать можно, и интегрировать СПО в высокоуровневые IT-системы тоже вполне возможно. Стали ломать стереотипы, и, думаю, успешно это сделали, даже в самых отдалённых уголках России. Конечный пользователь, полагаем мы, вообще не должен работать на уровне операционной системы, он имеет дело только с прикладным софтом. А IT-специалисты раз в год обучаются администрированию Linux-систем, проходят 72-часовой курс.

— Внедрение СПО начали с найма людей в своё управление, нет?

— Пожалуй. Из старых сотрудников осталось трое.

— А сколько всего людей?

— Управление небольшое, по штату 38 человек. Стараемся тратить время на работу с подрядчиками – контролировать, мониторить внедрение, выруливать. Своими силами разрабатывать и внедрять, как это делают в других ведомствах, мы не можем, к сожалению, ресурсы не те.

— Кто ваш подрядчик по операционной системе и прикладному ПО?

— «Ред Софт». Это единый подрядчик, что удобно – если за каждую подсистему будет отвечать отдельный исполнитель, возникнут проблемы с ответственностью и интеграцией.

Контракты по стоимости достаточно небольшие, в пределах 100 миллионов в год. Сюда входит поддержка рабочих мест по всей России, доработка подсистем по итогам опытной эксплуатации, инспекционный контроль (он связан с изменениями сертифицированных продуктов, после чего надо подтвердить сертификат).

Сейчас сильно расширился межвед – ФССП взаимодействует с 18 ФОИВ. Например, ГИБДД – запросы судебных приставов о регистрации транспортных средств, постановления о запрете регистрационных действий с транспортными средствами. ГИБДД присылает ФССП постановления об административных правонарушениях в электронном виде.

— Всё через СМЭВ?

— Есть и через СМЭВ, есть и по прямым каналам. С ГИБДД – через СМЭВ, с ФНС – по прямым каналам. Связано то с тем, что канал был создан еще до того, как возник СМЭВ. Сложившаяся практика. Конечно, со временем будем переходить на СМЭВ. Плюс банки, с нами взаимодействуют уже около ста, 60 из них в продуктивной среде, остальные в тестовой. От банков мы получаем сведения о банковских счетах должников, а банкам направляем постановление об аресте счёта или об обращении взыскания, если на счету достаточно средств.

— Как обеспечивается кроссплатформенность прикладного ПО?

— Оно написано на Java. Часть работает как тонкий клиент – через браузер, часть реализована как настольные приложения.

— Этим и ограничена сфера внедрения «ГосЛинукс»? Внутренняя бухгалтерия, например, работает на другой платформе, наверное?

— Да. Бухгалтерия и кадры работают не на «ГосЛинукс». Сейчас используем продукты «Паруса» и «1С». Будем работать с вендорами. Со временем либо они обеспечат работу своих продуктов на «ГосЛинукс», либо мы сменим ПО на то, которое сможет работать на нашей платформе.

Основная проблема, которая мешает обеспечить 100-процентное внедрение «ГосЛинукс» в отделах судебных приставов – это софт казначейства. В каждом отделе есть специалист, который выполняет перечисление денежных средств, поступающих от должников. Криптошлюз и средства подписи, которые используются для обмена данными с казначейством, требуют использования Windows. Сейчас из-за этого мы вынуждены оставлять в отделе по одной машине с Windows, всего более 2500 мест.

Сейчас ещё генпрокуратура внедряет ГАС ПС (Государственная автоматизированная система правовой статистики), с которой обязаны взаимодействовать дознаватели ФССП, и прописывает облачные решения, которые требуют на рабочем месте конечного пользователя применять проприетарный импортный софт. Для нас это дополнительные 5 тысяч лицензий на Windows.

— Знаю, что есть и проблема совместимости с другими ведомствами по формату документов, подготовленных в OpenOffice.

— Это верно, но касается она незначительной части документооборота. Ждём, что и другие ведомства перейдут на СПО.

— Или унификации форматов данных?

— Это зависит от Минкомсвязи, это же она определяет стандарты. Есть ГОСТ, но его соблюдение никто не контролирует.

— Экономию от использования СПО оценивали?

— Да. Вопрос в том, что брать за основу сравнения. На наш взгляд, брать следует не самые дорогие сопоставимые корпоративные решения Microsoft. По сравнению с ними наша экономия составляет около 700 миллионов рублей в год только по стоимости программных продуктов, без услуг по их интеграции.

— Ваши расходы на подрядчиков?

— Мы потратили на создание, внедрение, сертификацию и инспекционный контроль «ГосЛинукс» 15 миллионов рублей. Получается, что стоимость одной инсталлированной версии на текущий момент составляет 1400 рублей, по мере увеличения числа рабочих мест этот показатель станет существенно меньше. Конечно, ежегодно будем тратиться на сопровождение. Но это нормально.

Резерв роста числа внедрений находится также и вне ФССП. К нам обратились с просьбой предоставить «ГосЛинукс» администрация Волгоградской области и Росавиация. Знаем, что многие берут дистрибутив на пробу из Национального фонда алгоритмов и программ. Но есть проблема верификации сертифицированной версии – к нам все равно обращаются для получения дистрибутива на дисках с подтверждающими наклейками ФСТЭК. Сейчас с Минкомсвязью пытаемся проработать вопрос о создании на базе НФАП репозитория.

— Недавно принято постановление правительства о запрете для госорганов импортного ПО – прокомментируйте это событие, пожалуйста.

— Оно ведь только вышло… У нас, конечно, проблем с его исполнением не возникнет, и мы ему очень рады, надеемся, что ФОИВы будут действовать в том же ключе, что и мы, от чего IT-взаимодействие ведомств пойдёт быстрее. Работаем с АРРП «Отечественный софт», наш подрядчик нас там представляет, чтобы «ГосЛинукс» и другие наши программные продукты попали в реестр.

— Но как это будет на практике, не знаю. Слишком много в госорганах проприетарного софта.

— Сейчас-то мы в тренде, а в 2009-12 годах было сложно, даже думалось – вот купили бы Oracle, и всё бы у нас уже работало, и не было бы многих проблем. Приходили к нам из SAP, показывали решение. Потом смотрели наш бюджет и теряли интерес.

Но независимо от того, в тренде мы или нет – сейчас жалеть не о чем, мы всё настроили под себя, все необходимые средства для работы есть, и всё работает.

— Не будет проблем с СПО? В постановлении его использование в явном виде не описано.

— Мы видим эти риски. Надо будет смотреть, как постановление исполняется на практике. Могут спросить – почему у вас LibreOffice, а не отечественный офисный пакет? Но мы активно работаем и с «МойОфис», будем тестировать их софт на совместимость с «ГосЛинукс», и будем смотреть на условия лицензирования для включения в дистрибутив.

— Сейчас всякий ФОИВ, желающий внедрить «ГосЛинукс», должен иметь дело с вами, верно? Только у ФССП сертифицированный дистрибутив и опыт. А сопровождение?

— Наладить распространение сертифицированной версии «ГосЛинукс» не так уж сложно, а сопровождать может любой, была бы компетенция — других ограничений нет. Например, «Ред Софт» может.

Проблема в сертификации. Любое изменение в коде – и сертифицировать продукт надо заново. Сейчас это в компетенции ФССП, но если пойдёт массовое внедрение «ГосЛинукса», придётся только этим и заниматься. Мы считаем, что при массовом внедрении, наверное, Минкомсвязи следует взять на себя координирование этого процесса.

— И как к этой идее относится Минкомсвязь?

— Мы передали в министерство все материалы и совместно «прорабатываем вопрос». Мы предлагали это письмом в Минкомсвязь ещё в 2013 году, когда ещё жива была идея Национальной программной платформы. Суть предложений была в том, чтобы регулятор взял на себя функцию контроля доработок и сертификации программных продуктов. Ответа не получили.

— Каковы правила лицензирования «ГосЛинукс»? Вы обязаны отдавать исходный код Linux-сообществу?

— Во внешний репозиторий мы выкладываем версию, предыдущую по отношению к сертифицированной. Вопрос это юридический, он пока не решён, наши юристы вопросами лицензирования ПО не занимаются, тут тоже надеемся на Минкомсвязь.

Наталья Звягина
Наталья Звягина. Фото (с) ФССП

 

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Ну статья не заказная, правда? Например тут нет пиара РедСофта, который только и может заниматься поддержкой ГосЛинукс? (Хотя ГосЛинукс — всего лишь исковерканный CentOS).
    Почему-то Звягина не упомянула о том, что из-за непродуманного внедрения, недоработанного дистрибутива и давления с ЦА уходили отделы информатизации целиком?

    • Заказная, точно. Назовёте себя — поделюсь взяткой

Comments are closed.