Предлагаем вашему вниманию перевод статьи «Google’s true origin partly lies in CIA and NSA research grants for mass surveillance», опубликованной Quartz – в ней указывается на обычно замалчиваемые факты непрямого финансирования исследований основателей Google спецслужбами США, а также участия разведки в создании компании. Теперь этот текст читается с интересом бо́льшим, чем тогда, когда он был опубликован.
Два десятилетия назад разведсообщество США тесно сотрудничало с Кремниевой долиной в деле слежки за гражданами в киберпространстве. И Google – ключевое звено этой истории. Часть исследований, результатом которых стало создание многообещающего [сервиса] Google, финансировалась и координировалась исследовательской группой, созданной разведсообществом для поиска способов онлайн-слежки за физическими лицами и группами лиц.
Разведсообщество надеялось, что ведущие специалисты страны в сфере computer science совместят сведения из открытого доступа, а также пользовательские данные, с тем, что станет позже известным как Интернет, и начнут создавать нацеленные как на извлечение прибыли коммерческие организации для удовлетворения потребностей как спецслужб, так и общества. Разведчики надеялись с самого начала возглавить революцию в сфере суперкомпьютеров, чтобы понять, чем миллионы людей занимаются внутри этой цифровой информационной сети. Это сотрудничество обеспечило создание сегодняшней всеохватывающей частно-государственной полицейской державы.
История намеренного создания современного полицейского государства включает элементы удивительной и по большей части неизвестной истории происхождения Google. Эта история в некоторой степени отличается от того, что слышало общество и объясняет, что именно создать и почему задались целью сооснователи Google Сергей Брин и Ларри Пейдж.
Но это не просто история создания Google. Это история создания государства, где осуществляется массовая слежка за гражданами.
Предыстория: разведсообщество и Кремниевая долина
В середине 90-х разведсообщество в Америке начало осознавать, что у него появились новые возможности. Специалисты в области сверхвысокопроизводительных вычислений только начали перебираться из университетов в частный сектор – это обеспечивали инвестиции в месте, которое станет известно как Кремниевая долина.
Шла цифровая революция: та, что изменит мир сбора данных и то, как мы интерпретируем огромные объёмы информации. Спецслужбы хотели с самого начала влиять на деятельность Кремниевой долины в области суперкомпьютеров. Это должно было быть полезным для национальной безопасности. Могла ли эта сеть, занимающаяся сверхвысопроизводительными вычислениями, которая позже станет способной хранить терабайты данных, быть полезна разведке с точки зрения цифрового следа, оставляемого людьми?
Ответ на данный вопрос представлял огромный интерес для разведсообщества. Возможно, сбор разведданных и был их вотчиной, но ЦРУ и Агентство национальной безопасности (АНБ) поняли, что их будущее, скорее всего, в значительной степени будет формироваться вне правительства. Это было время, когда при администрации Клинтона военные и разведывательные бюджеты оказались под ударом, а частный сектор располагал обширными ресурсами. Если разведсообщество хотело вести массовую слежку для обеспечения национальной безопасности, требовалось сотрудничество между правительством и зарождающимися компаниями из сферы сверхвысокопроизводительных вычислений.
Спецслужбы стали налаживать контакты с учёными в американских университетах, которые готовили революцию в сфере суперкомпьютеров. Эти учёные разрабатывали способы сделать то, на что в АНБ и ЦРУ не могли и надеяться: собрать огромные объёмы данных и использовать их в для разведки.
Богатая история финансирования правительством науки
На тот момент уже было известно о долгой истории сотрудничества лучших учёных США с разведсообществом – от создания атомной бомбы и спутниковых технологий до попыток отправить человека на Луну.
В действительности Интернет сам по себе был создан в результате усилий разведки: в 70-е годы агентство, ответственное за разработку передовых технологий в интересах военных, разведки и обеспечения национальной безопасности (Defense Advanced Research Projects Agency, DARPA), объединило четыре суперкомпьютера для передачи и обработки больших объёмов данных. Лет 10 спустя DARPA передало управление работой Национальному научному фонду США (The National Science Foundation, NSF). NSF способствовал использованию сети тысячами университетов и в конце концов обществом, таким образом создавая архитектуру и основу для Всемирной паутины.
В том же участвовала Кремниевая долина. К середине 90-х разведсообщество финансировало наиболее перспективные разработки в области сверхвысокопроизводительных вычислений, задавая направление работам, связанным с тем, чтобы найти прикладное применение большим объёмам информации как в интересах частного сектора, так и спецслужб.
Специалистов в области информатики финансировали через специальные программы, руководили которыми в интересах ЦРУ и АНБ крупные подрядчики Пентагона и разведки. Программы называли проектом по большим системам цифровых данных (Massive Digital Data Systems, MDDS).
Проект MDDS
MDDS был представлен нескольким десяткам ведущих учёных из Стэнфордского университета, Калифорнийского технологического института, Массачусетского технологи́ческого института, Университета Карнеги — Меллона, Гарварда и других в форме официального доклада, где описывалось то, чего ЦРУ, АНБ, DARPA и другие агентства намеревались достичь. Предполагалось, что бо́льшая часть исследований будет управляться и финансироваться несекретным научным агентством, таким как NSF. Это обеспечило бы наращивание потенциала в частном секторе в том случае, если бы удалось добиться целей разведки.
«Не только усложняющаяся деятельность, но и меняющиеся запросы требуют, чтобы разведсообщество обрабатывало другие типы данных, объём которых возрос, – говорилось в документе 1993 года о проекте MDDS. – Соответственно разведсообщество берёт на себя проактивную роль в вопросе стимулирования исследований в области эффективного управления большими базами данных и гарантий того, что требования разведки могут быть инкорпорированы или адаптированы для коммерческих продуктов. Поскольку задачи не являются уникальными для каждого из агентств, руководство сформировало рабочую группу по вопросам проекта MDDS для того, чтобы отреагировать на потребности, а также идентифицировать и оценить возможные решения».
В течение следующих нескольких лет заявленной целью программы было предоставление более десятка грантов на несколько миллионов долларов каждый для исследований. Гранты направлялись по большей части через NSF, чтобы наиболее обещающие и успешные начинания могли быть взяты под контроль в виде интеллектуальной собственности, и чтобы сформировать основу привлекающих инвестиции компаний из Кремниевой долины. Подобный тип инновационной системы в вопросе государственно-частного взаимодействия помог созданию крупных научных и технологических компаний, таких как Qualcomm, Symantec, Netscape, а также профинансировать важнейшие исследования. В настоящий момент NSF обеспечивает предоставление почти 90% всего федерального финансирования исследований в области информатики в стенах университетов.
Конечная цель ЦРУ и АНБ
Исследовательские подразделения ЦРУ и АНБ надеялись, что лучшие умы среди учёных в области IT смогут обеспечить технологии для того, чтобы близкие по взглядам и духу группы людей объединялись в Сети «подобно летящим клином гусям или воробьям в стае, которые внезапно совершают одновременные действия».
Разведсообщество назвало свой первые открытый брифинг для учёных «брифингом птиц одного полёта». Весной 1995 года в гостинице Fairmont Hotel в Сан-Хосе прошло мероприятие «Сессия птиц одного полёта по программе разведсообщества в области больших систем цифровых данных» (в русском переводе звучит так себе, но этот перевод дословен – ред.).
Целью исследований было отслеживание цифрового следа людей внутри быстро расширяющейся Всемирной паутины. Могла ли быть вся цифровая информация организована так, чтобы запросы людей внутри это сети отслеживались и сортировались? Можно ли идентифицировать «птиц одного полёта» внутри этого моря сведений с тем, чтобы отслеживать определённым образом сообщества и группы?
Работая с зарождающимися компаниями, предоставляющими платный доступ к сведениям, спецслужбы намеревались отслеживать близкие по духу группы людей в Интернете и идентифицировать их по оставленным цифровым отпечаткам, как криминалисты, которые задействуют отпечатки пальцев для идентификации преступников.
Подобно тому как «птицы одного полёта формируют стаю», потенциальные террористы будут связываться друг с другом в этом новом глобальном связанном мире, предсказали представители спецслужб. Они решили, что смогут найти злоумышленников, идентифицируя модели в огромном объёме новых сведений. Как только данные группы будут выявлены, за ними можно будет следить везде по цифровому следу.
Вундеркинды Сергей Брин и Ларри Пейдж
В 1995 году один из первых и многообещающих грантов был направлен исследовательской группе, работающей в сфере информатики в Стэнфордском университете с десятилетним опытом сотрудничества по линии грантов от NSF и DARPA.
Основной целью, для достижения которой предоставлялся грант, была «оптимизация очень сложных запросов». Второй грант – от DARPA с NSF, он наиболее явно ассоциировался с появлением Google – был частью скоординированных усилий строительства большой цифровой библиотеки в Интернете. Оба гранта финансировали исследования аспирантов, будущих основателей Google Сергея Брина и Ларри Пейджа, которые быстро делали успехи в области ранжирования веб-страниц, а также отслеживания (и практического применения) запросов пользователей.
Работы Брина и Пейджа в рамках грантов легли в основу Google: люди используют поисковые функции для обнаружения точно того, что они искали внутри очень большого набора данных. Разведсообщество, однако, видело несколько иную пользу от этих исследований: можно ли организовать работу сети настолько эффективно, чтобы идентифицировать и отслеживать каждого отдельного пользователя?
Данный процесс идеально подходил для противодействия терроризму и обеспечения нацбезопасности: людей и группы единомышленников, способных представлять угрозу национальной безопасности, можно идентифицировать в Интернете до того, как те причинят вред. Это объясняет, почему разведсообщество посчитало исследования Брина и Пейджа такими интересными. До того момента ЦРУ использовало непосредственно человеческий труд для выявления представляющих потенциальную угрозу личностей и групп. Возможность следить за ними виртуально (в совокупности с другими мерами в области) изменила бы всё.
Это было началом того, что спустя всего пару лет стало Google. Двое управляющих от спецслужб, возглавлявших программу, регулярно встречались с Брином по мере всё новых успехов в его работах. Брин до того, как они с Пейджем решили основать Google, также был автором ещё нескольких исследований, проведённых на гранты по линии проекта MDDS.
Финансирование позволяло Брину и Пейджу заниматься работой и способствовало прорывам в вопросах ранжирования страниц и отслеживания поисковых запросов. Брин не работал на разведку или кого-либо ещё. Google не был инкорпорирован. Просто исследователи в Стэнфорде работали благодаря грантам АНБ и ЦРУ посредством открытой программы MDDS.
Не вошедшее в историю Google
В истории возникновения Google никогда не указывалось на работы с MDDS, даже несмотря на то, что научный руководитель проекта по линии MDDS конкретно называл Google прямым результатом исследований. «Его ключевая технология, позволяющая находить страницы гораздо более точно по сравнению с другими поисковиками, частично была поддержана этим грантом», – писал руководитель. В опубликованном исследовании, включающем ключевые положения работ Брина, авторы также упоминали грант NSF, полученный посредством программы MDDS.
Вместо этого каждая история создания Google упоминает только один федеральный грант – от NSF/DARPA на «цифровые библиотеки», который был выдан, чтобы дать возможность специалистам Стэнфордского университета производить поиск по всей Всемирной паутине, хранящейся в то время на серверах института. «Разработка алгоритмов Google шла на нескольких компьютерах в основном предоставленных в рамках проекта цифровой библиотеки, финансируемого NSF-DARPA-NASA», – сообщает Стэнфордский университет. Аналогично NSF в своей версии создания Google ссылается только на грант для цифровых библиотек, не упоминая грант по программе MDDS. В своей известной работе «Анатомия крупномасштабного гипертекстового сетевого поисковика» (The Anatomy of a Large-Scale Hypertextual Web Search Engine), где описывается возникновение Google, Брин и Пейдж поблагодарили NSF и DARPA за грант на цифровые библиотеки для Стэнфорда. Однако данные о гранте по программе спецслужб MDDS – специально выделенном для технологического прорыва, на котором базируется Google – канули в Лету.
В прошлом Google заявлял, что не был профинансирован или создан ЦРУ. Например, когда в 2006 году заговорили о том, что Google годами получал средства от разведсообщества для помощи в антитеррористической деятельности, компания заявила основателю журнала Wired Джону Баттелю (John Battelle): «Утверждения, относящиеся к Google, полностью не соответствуют действительности».
Финансировало ли ЦРУ работы Брина и Пейджа напрямую и создало ли таким образом Google? Нет. Но вели ли Брин и Пейдж исследования именно в той области, где надеялись получить результаты АНБ, ЦРУ и разведка, помогая грантами? Конечно.
Необходимо учитывать то, чего разведсообщество намеревалось добиться, раздавая гранты лучшим умам в сфере информатики: ЦРУ и АНБ финансировали открытую, но изолированную программу, с самого начала задуманную для ускорения разработки чего-то такого, чем Google выглядит практически полностью. Прорывная работа Брина в области ранжирования страниц, позволяющая отслеживать запросы пользователей и связывать их с результатами поиска (фактически идентифицируя «птиц одного полёта», т.е. группы людей) по большей части и была целью программы MDDS для разведсообщества. Google удалось то, о чём разведсообщество и не мечтало.
Непреходящее наследие разведки в Кремниевой долине
В последнее время выросли опасения по поводу обеспечения конфиденциальности в цифровой среде из-за пересечения [деятельности] разведсообщества и коммерческих техногигантов. Однако большинство людей до сих пор не понимают, насколько спецслужбы зависят от крупнейших мировых исследователей и разработчиков технологий при противодействии терроризму и обеспечению национальной безопасности.
Правозащитные организации годами высказывали свои опасения по поводу обеспечения конфиденциальности, особенно учитывая то, что теперь это связано с «Патриотическим актом», (PATRIOT Act, специально подобранное под аббревиатуру словосочетание «Uniting and Strengthening America by Providing Appropriate Tools Required to Intercept and Obstruct Terrorism Act» – ред.). «Спешно принятый спустя 45 дней после атак 11 сентября ради национальной безопасности, PATRIOT Act стал первым из многих изменений в законах о слежке, которые облегчили правительству шпионаж за обычными американцами, расширив полномочия спецслужб для слежки посредством телефонов и электронной почты, сбора банковских данных и сведений по операциям с кредитными картами, контролю активности невиновных американцев в Интернете, – заявляет ACLU (правозащитная организация – ред.). – Хотя большинство американцев полагает, что PATRIOT Act создан для ловли террористов, он фактически превращает обывателей в подозреваемых».
На вопрос о том, предоставляли ли компании когда-нибудь проактивно и намерено свои обширные базы данные со сведениями о клиентах федеральным агентствам, ответственным за безопасность и правопорядок, крупнейшие игроки на рынке технологий и коммуникаций – Verizon, AT&T, Google, Facebook, META (признана экстремистской в РФ – ред.) и Microsoft – отвечают отрицательно. Они заявляют, что лишь реагируют на запросы спецслужб, которые направляются должным образом в соответствии с PATRIOT Act.
Однако даже при беглом взгляде на недавние публичные документы видно, что такие запросы поступают в промышленных масштабах. Согласно последним доступным данным (за 2016-2017 годы) о запросах информации, раскрытым компаниями, местные власти, власти штатов и федеральное правительство выдали больше 260 тысяч повесток, предписаний суда, ордеров и других юридических запросов компании Verizon, более 250 тысяч подобных запросов – AT&T, почти 24 тысячи повесток, ордеров на обыск или предписаний суда – Google.
Прямые запросы в сфере обеспечения национальной безопасности или борьбы с терроризмом составляют лишь небольшую долю от всего объёма вышеуказанных запросов. Тем не менее правовая деятельность, связанная с PATRIOT Act, стала настолько обыденной, что у каждой компании есть команда сотрудников, которая отвечает за поток запросов.
Таким образом сотрудничество между разведсообществом, крупными исследовательскими компаниями и разработчиками технологий было крайне успешным. Когда обеспечивающим национальную безопасность агентствам необходимо идентифицировать и отслеживать группу лиц и отдельных людей, они знают, к кому обратиться – и делают это регулярно. Что и было целью с самого начала. Задуманное удалось осуществить в такой мере, о которой никто, вероятно, и не помышлял в своё время.
См. также:
