Ловушки в Интернете: для АНБ телефоны были только началом

Автор: Патрик Туми, Foreign Affairs

Когда в июне был принят «Акт о Свободе», многие в Америке, вероятно, подумали, что обществу, наконец, удалось обуздать разросшуюся и вышедшую из-под контроля систему слежки, которая была тайно создана после терактов 11 сентября. Однако борьба еще не закончена. Закон, получившийся по итогам всех политических интриг и межфракционной борьбы, почти не затрагивает, пожалуй, самые сомнительные шпионские программы правительства — те, которые нацелены на Интернет.

Два года назад Эдвард Сноуден (Edward Snowden), работавший на государство до того, как стать разоблачителем, опубликовал информацию о собранном Агентством национальной безопасности массиве данных о телефонных звонках. Сейчас эту программу сворачивают, однако она была лишь верхушкой айсберга. В последнее время главным повседневным средством связи для нас служит Интернет — а в нем АНБ может вести слежку сколько угодно. Чтобы положить конец пресловутому «золотому веку слежения», необходимо защитить интернет-коммуникации — в том числе, и от государственного любопытства.

За последние 15 лет АНБ успешно встроилось в инфраструктуру Интернета. Отчасти оно добилось этого благодаря тайному сотрудничеству с телекоммуникационными компаниями, управляющими «опорной сетью» — то есть глобальной системой магистралей и маршрутизаторов, по которой осуществляется обмен данными между странами и континентами. Из своих наблюдательных пунктов в Соединенных Штатах и за границей агентство постоянно отслеживает интернет-трафик с помощью специальных устройств. Это позволяет АНБ получать в свое распоряжение огромные массивы информации, в которых оно потом ищет данные, представляющие для него интерес.

Перед нами новая модель слежки. Теперь государство в реальном времени отслеживает переписку, интернет-поиск и чаты каждого пользователя, а не только контакты предполагаемых шпионов и преступников. Раньше предполагалось, что слежка должна быть адресной — иначе она становилась технически невозможной и экономически неоправданной. В наше время на смену старой модели пришла массированная слежка, в рамках которой чьи угодно контакты и метаданные становятся для государства законной добычей. Именно эта модель стояла за сбором АНБ информации о телефонных переговорах американцев, и именно в ее рамках агентство ведет мониторинг интернет-трафика. Широта охвата позволяет спецслужбам использовать сложные алгоритмы и прочие аналитические инструменты, предназначенные для работы с «большими данными», чтобы выделять из потоков частных данных большие объемы информации и сохранять их для дальнейшего использования. Короче говоря, современная система слежки старается собрать и сохранить как можно больше сведений, а разведывательные ведомства в дальнейшем решают, как этими сведениями распорядиться.

Существуют две главные законодательные нормы, позволяющие АНБ следить за нами в Интернете без всяких ордеров. Внутри Соединенных Штатов слежка ведется согласно 702-му параграфу Акта о наблюдении за иностранной разведкой, в первую очередь затрагивающему зарубежные контакты американцев. Основанием для слежки за пределами США служит президентский указ 12333, изданный еще при Рейгане, до эпохи Интернета. Этот указ открывает перед спецслужбами даже больше возможностей, чем 702-й параграф и не предусматривает ни судебного контроля, ни контроля со стороны Конгресса. Недаром бывший сотрудник Госдепартамента Джон Непер Тай (John Napier Tye) предупреждал, что массив данных, собранных в рамках Указа 12333, намного больше, чем объем информации, которая была получена благодаря прочим известным обществу программам по слежке.

В прошлом марте я в составе группы юристов Американского союза гражданских свобод поддерживал иск о прекращении основанной на 702-м параграфе слежки с использованием опорной сети Интернета. Клиенты АСГС — Фонд Викимедиа, Human Rights Watch, Институт Резерфорда, и еще шесть общественных организаций — убеждены, что речь идет о нарушении Четвертой поправки, гарантирующей защиту граждан от необоснованных обысков и конфискаций, Первой поправки и самого 702-го параграфа. Просматривая практически всю информацию, пересекающую границу Соединенных Штатов, АНБ нарушает конфиденциальность переписки и мешает необходимому для работы общению. Разоблачения двух последних лет — в частности новая информация о мониторинге интернет-трафика, который ведет АНБ с помощью AT&T и Verizon — подтверждают позицию истцов. Фонд электронных рубежей сейчас пытается вести аналогичное долгосрочное дело, но правительство добивается, чтобы суд отказал ему в иске, ссылаясь на соображения секретности.

Представители спецслужб часто утверждают, что программы этого рода направлены исключительно против иностранцев, живущих за границей (как будто это оправдывало бы массированную слежку). В результате многие американцы думают, что шпионаж АНБ их не затрагивает. На деле, это совсем не так.

Во-первых, правила АНБ разрешают «попутный» перехват данных, имеющих отношение к американцам. За словом «попутный» в данном случае скрывается чрезвычайно удобная лазейка. В тех случаях, когда агентство охотится за информацией об иностранцах — адресно или в массовом порядке, — оно считает себя вправе копировать, изучать и хранить данные, связанные с американцами, не запрашивая на это никаких ордеров. Другими словами, оно использует слежку за иностранцами как предлог для сбора информации об американцах. В 2006 году руководители спецслужб признали на слушаниях в Юридическом комитете Сената, что, когда они боролись за расширение полномочий, одной из их целей было право доступа к международным телефонным переговорам и международной электронной переписке американцев. Эту информацию они называли «важнейшей». В дальнейшем ряд докладов подтвердил, что АНБ, в самом деле, собирает эти данные в больших количествах, ссылаясь на 702-й параграф и Указ 12333. Например, Экспертная группа по разведке и коммуникационным технологиям, созданная президентом Бараком Обамой летом 2013 года, выяснила, что спецслужбы получают информацию о контактах американцев в рамках 702-го параграфа чаще, чем в рамках слежки по ордеру.

Пользоваться лазейками для сбора информации об американцах АНБ помогает сама структура Интернета. Данные путешествуют по сети, невзирая на границы. Соответственно, даже в тех случаях, когда и отправитель, и получатель находятся в США, письмо легко может попасть за пределы страны. Google, Yahoo! и Microsoft тасуют огромные объемы информации, перегоняя их по всему миру в процессе сохранения резервных копий, облегчения доступа или, например, отфильтровывания спама. Информация редко доходит до места назначения кратчайшим путем. Загруженность сетей или договорные обязательства могут направить сугубо внутриамериканскую переписку через другую страну. Интернет так устроен, что пользователи не могут контролировать маршруты передачи данных, и тот факт, что АНБ считает допустимым без всякого ордера перехватывать информацию, если она пошла по обходному маршруту, не может не тревожить.

Переход к массированной слежке сильно ударил по нашим свободам. Он означает, что власти годами хранят копии нашей частной переписки, даже когда у них нет оснований ни в чем нас подозревать. Он означает, что спецслужбы могут в следственных целях копаться в этой переписке в свое удовольствие, даже не обращаясь к судье за ордером. Он означает, что правительство уже соорудило систему слежки, которая может быть использована, чтобы подавлять инакомыслие, сортировать людей по расе или религии, а также ограничивать возможности путешествовать, работать или общаться. Подобные опасения могут показаться надуманными, однако кое-что из этого уже происходит. Тайная слежка позволяет помещать людей в «списки особого контроля» как потенциальных террористов. В частности, существует «авиационный черный список», фигурантов которого не пускают ни на рейсы в США и из США, ни на внутриамериканские рейсы. У тех, кто попал в такой список, практически нет реальных возможностей оспорить это решение или очистить свое имя. В более широком смысле, как показывает один доклад, опубликованный в прошлом году, эта слежка вполне ощутимым образом сказывается на журналистах, юристах и т. д. Источники отказываются общаться с репортерами — в том числе на темы, имеющие огромную общественную важность, — а юристам становится труднее осуществлять конфиденциальную связь с клиентами.

Разумеется, это не единственные отрицательные эффекты слежки. Ее аппарат опирается на мощную и скрытную бюрократическую структуру, зачастую отвергающую такие ключевые принципы демократии, как прозрачность, ответственность и доверие общества. Существует даже секретный суд, созданный согласно Акту о наблюдении за иностранной разведкой и рассматривающий исключительно правительственные запросы на слежку. В последнее десятилетие этот суд неоднократно перетолковывал законодательство, легализуя шпионаж в намного более широких масштабах, чем считает общественность. Одновременно страну охватила эпидемия засекречивания, освобождающая правительство от ответственности перед обществом — особенно, в случаях, когда речь идет о новых формах слежки.

Более того, правительство целенаправленно препятствует полноценному общественному обсуждению своих шпионских программ. АНБ отказывается подсчитывать или даже оценивать количество американцев, переписку которых оно копирует каждый год согласно 702-му параграфу, однако таких людей явно много. Аналогичным образом, ФБР отказывается сообщать, как часто оно ищет в массиве перехваченной информации сведения об американцах, фактически превращая слежку без ордера в повседневный инструмент правоохранительных органов. Применение Указа 12333 еще непрозрачнее, несмотря на все предостережения о его опасности для прав и свобод американцев. В одной из недавно вышедших статей говорилось, что даже Специальный комитет Сената по разведке, который должен контролировать деятельность спецслужб, знает не обо всех шпионских программах, осуществляемых согласно этому указу.

Хотя в ходе недавней общественной дискуссии речь в основном шла о сборе телефонных метаданных, а не о мониторинге интернет-коммуникаций, в последнее время стали звучать призывы провести реформы и добиться большей прозрачности и в этой области. В 2014 году Палата представителей с большим перевесом проголосовала за то, чтобы запретить АНБ без ордера искать в собранных ей данных информацию об американцах, хотя Сенат аналогичный закон так и не принял. В мае этого года конгрессмен-республиканец от Вирджинии Боб Гудлэтт (Bob Goodlatte), возглавляющий Юридический комитет Палаты представителей, под давлением реформаторски настроенных коллег пообещал поставить на повестку дня вопрос о применении 702-го параграфа. Экспертная группа по разведке и коммуникационным технологиям рекомендовала ограничить государственные службы в использовании собранной в рамках 702-го параграфа и Указа 12333 информации. Для этого она предложила уничтожить часть данных и полностью запретить использование оставшейся части вне уголовного процесса. Совет по надзору за соблюдением конфиденциальности и гражданских свобод — независимое внепартийное ведомство в структуре исполнительной власти — сейчас также занимается вопросом о допустимости некоторых действий, предпринятых под прикрытием Указа 12333.

Мертвой хваткой вцепившиеся в Интернет разведывательные ведомства, несомненно, будут препятствовать этим усилиям. Теперь едва ли не каждое наше действие оставляет за собой цифровой след, и в этом новом мире история с информацией о телефонных звонках выглядит только прелюдией. Наши общественные институты не должны склоняться перед запугиваниями, дезинформацией и тягой к повальной секретности, ведь на кону стоят невероятно высокие ставки — свобода и неприкосновенность частной жизни.

Источник >>

 

Следите за нашим Телеграм-каналом, чтобы не пропускать самое важное!

Поделиться: