Об авторе: Ренат Лашин, исполнительный директор АРПП «Отечественный софт»
В августе «Ведомости» сообщили, что Счётная палата РФ с начала 2026 года запрашивает у крупных IT-компаний документы, связанные с применением отраслевых налоговых льгот. Аудиторов интересуют, в частности, сведения за 2025 год, права на ПО, данные бухгалтерского учёта и структура выручки.
В самой такой работе нет ничего экстраординарного. Государство вправе контролировать соблюдение установленных правил и оценивать результативность мер господдержки. Но здесь важно разделять два момента: выявление возможных нарушений при применении льгот конкретными компаниями и эффективность самих мер государственной политики. Отдельные нарушения требуют правовой оценки, но сами по себе ещё не отвечают на вопрос, какой экономический и технологический результат в масштабе отрасли даёт инструмент господдержки IT. Эффективность стоит рассматривать шире — через влияние на инвестиции, продукты, кадры, производительность и будущую налоговую базу. Такой подход не ослабляет контроль, а позволяет точнее настраивать технологическую политику страны.
Конкуренция за технологические экосистемы: опыт России и других стран
Чтобы оценить масштаб вопроса, предлагаю обратиться к международному опыту поддержки IT-сектора и сравнить с российским. Индия сегодня развивает программу Semicon India, объединяя поддержку проектирования, производства, исследований и кадров. Турция использует технологические зоны и налоговые стимулы для разработки ПО и R&D. США сочетают прямое финансирование и налоговые инструменты для полупроводников и инфраструктуры. Китай связывает цифровые технологии, ИИ и электронику с промышленной политикой, Бразилия стимулирует корпоративные исследования и разработки.
Масштабы и инструменты различаются, поэтому сравнивать позиции напрямую было бы неправильно. Но логика общая и во многом близка российской: налоговые стимулы дополняются НИОКР, кадрами, инфраструктурой, поддержкой технологических компаний, спросом и внедрением, превращаясь в связную систему поддержки. Конкуренция идёт не за одну льготу, а за способность страны комплексно провести технологию через весь путь — от разработки до промышленного применения и масштабирования.
В России в последние годы для IT-отрасли сделано многое. Налоговый манёвр снизил фискальную нагрузку на бизнес; после 2022 года появились льготное кредитование, гранты на разработку и внедрение ПО, кадровые меры и другое. Реестр российского ПО и закупочные преференции создали отдельный контур спроса на отечественные продукты. И этот путь начался задолго до ускоренного импортозамещения – к слову, основа пониженных страховых взносов была заложена ещё в 2009 году.
Что все это значит для отечественных IT-компаний? Высвободившийся ресурс быстро превращается в зарплаты инженеров, доработку и тестирование продуктов, вычислительную инфраструктуру и внедрение у заказчика. А через несколько лет — в новые продукты, НИОКР, накопленную экспертизу и новые рынки. Поэтому эффект решений, принятых сегодня, часто проявляется далеко за пределами одного бюджетного цикла.
Развиваются у нас сейчас и более широкие механизмы: выделена категория малых технологических компаний (МТК), с 2025 года повышен коэффициент по отдельным расходам на НИОКР и российское ПО, введён федеральный инвестиционный налоговый вычет. Дополнительный спрос создают и требования к критической информационной инфраструктуре: курс на технологическую независимость КИИ расширяет круг систем, где российские решения должны быть готовы к полноценной промышленной эксплуатации.
В стране уже сформирован значительный набор мер поддержки. Теперь становится особенно важно, чтобы все эти инструменты усиливали друг друга и помогали превращать инвестиции в новые продукты, реальные внедрения и дальнейшее тиражирование отечественного ПО.
Ещё отдельное направление, которое наша Ассоциация последовательно предлагает развивать, — это поддержка заказчиков в ключевых отраслях экономики страны при переходе на российский софт: в доработке, интеграции, миграции данных, обучении и вводе в эксплуатацию. Такая модель напрямую помогает заказчику и одновременно создаёт реальный спрос на российские продукты. В фокусе сама связка: разработчик — заинтересованный заказчик — успешное внедрение — дальнейшее масштабирование решения в отрасли.
Как целостная политика влияет на экономику страны
Указ президента РФ № 309 задаёт конкретную рамку: к 2030 году не менее 80% организаций ключевых отраслей должны перейти на российское базовое и прикладное ПО в основных производственных и управленческих процессах, а для государственных органов, госкорпораций и компаний с госучастием ориентир использования российского ПО должен составить 95%. Одновременно предусмотрен опережающий рост инвестиций в отечественные IT-решения и поставлены задачи технологического лидерства, роста производительности и НИОКР.
Национальные цели невозможно выполнить одной налоговой мерой. Нужны НИОКР, инфраструктура, квалифицированные кадры, устойчивый спрос, пилотирование и масштабирование, поддержка технологических компаний и экспорт. Российские решения должны не просто появляться, а широко применяться и занимать всё более значимое место в ключевых процессах экономики.
О том, что IT уже давно стали частью всей экономики, говорят и цифры. По данным ИСИЭЗ НИУ ВШЭ, в 2025 году объём реализации сектора ИКТ достиг 9,4 триллиона рублей и вырос на 12,6%. При росте экономики на 1,8% IT-отрасль прибавила 14%, а занятость в секторе ИКТ выросла до 1,7 миллиона человек.
Эффект IT шире самой отрасли. Разработчик создаёт рабочие места, НИОКР и налоговую базу, а его решения одновременно повышают эффективность промышленности, банков, транспорта, энергетики, медицины и государства. Другими словами, IT создаёт двойной эффект — растёт сама отрасль и повышается эффективность тех, кто использует её продукты. Поэтому оценка индустрии только через текущий налоговый возврат не учитывает общеэкономический результат для страны.
Господдержка — это ресурс долгосрочных инвестиций
Разработка сложного ПО, платформы, ИИ-решения или программно-аппаратного комплекса требует нескольких лет инвестиций. Это команды, НИОКР, вычислительная инфраструктура, пилоты, внедрение и сопровождение. Для ряда классов решений к этому добавляются испытания, подтверждение соответствия и сертификация по требованиям ФСТЭК России, ФСБ России, а в соответствующих случаях — Минобороны России. Такой путь особенно важен для продуктов, предназначенных для защищённых и критически важных систем.
Значительная часть таких инвестиций — это частные средства самой компании. Для продуктового бизнеса прибыль является одним из основных источников следующего инвестиционного цикла: новых разработок, НИОКР, специалистов, инфраструктуры и выхода на новые рынки. Поэтому задача поддержки не в том, чтобы подменять частный капитал бюджетными средствами, а в том, чтобы сохранять условия, в которых бизнес способен зарабатывать и вкладывать заработанное в дальнейшее развитие.
Очевидно, что изменение нагрузки быстро отражается на инвестиционных программах компаний, сроках новых проектов и планах найма. Дополнительные бюджетные поступления в одном году могут обернуться меньшим числом продуктов и более слабой будущей налоговой базой в следующем. Предсказуемость условий здесь — не абстрактная просьба бизнеса, а возможность планировать продукт на несколько лет вперёд.
Заказчик и вендор: два контура технологического суверенитета
Госкорпорации и крупные компании обладают глубокой отраслевой экспертизой и могут создавать решения для уникальных производственных процессов. Продуктовые разработчики работают по другой модели: учитывают требования разных независимых заказчиков, поддерживают множество конфигураций, развивают внедрение, обучение и партнёрскую экосистему.
Если существующий российский продукт можно доработать под общеотраслевую задачу, кооперация заказчика с вендором часто даёт больше возможностей для последующего тиражирования, чем создание ещё одной изолированной разработки. Собственная разработка крупных компаний при этом может быть необходима для решения специфических задач, но мировой опыт показывает, что развитие технологий в значительной степени опирается на конкурентный рынок частных компаний, инвестирующих в продукты и R&D. Поэтому важно не противопоставлять эти два контура, а использовать сильные стороны каждого, сохраняя условия для развития независимых продуктовых компаний и их решений.
В чем база и «донастройка» мер поддержки IT?
При обсуждении мер поддержки важно отделять базовые условия для развития индустрии от инструментов, которыми государство может управлять более гибко и точечно. Пониженные страховые взносы, специальная ставка налога на прибыль и освобождение от НДС операций с правами на российское ПО из реестра — это базовый, долгосрочный каркас экономики продуктовой разработки. Компании учитывают его, планируя команды, НИОКР и инвестиции на несколько лет вперёд, что дает бизнесу опору и предсказуемость.
Но вокруг этого каркаса есть широкий набор инструментов для более плавной настройки: это поддержка спроса, льготное финансирование, софинансирование внедрения, гранты, пилотирование, экспорт, поддержка МТК и инфраструктуры. В условиях ограниченного бюджета именно здесь можно добиваться большей адресности и вводить дополнительные меры для достижения национальных технологических приоритетов, не подвергая постоянному пересмотру основу долгосрочного планирования.
Эффективность при этом следует оценивать по совокупности результатов: бюджетному возврату, частным инвестициям, НИОКР и новым продуктам, производительности заказчиков, кадрам, снижению критической зависимости и способности российских компаний масштабироваться.
Вывод
Если сравнить международный и российский опыт поддержки IT-сектора, вывод достаточно простой. Страны, претендующие на технологическое лидерство, не сворачивают технологическую политику, а усиливают её за счет новых приоритетов. Россия уже создала значительный фундамент поддержки IT, а собственные национальные цели сегодня требуют ускоренного роста инвестиций и широкого перехода ключевых отраслей на российские решения.
Поэтому базовые условия, на которых строятся многолетние инвестиционные планы разработчиков ПО, — благоприятный налоговый режим и пониженные тарифы страховых взносов, — очень важно сохранять устойчивыми. Дополнительные меры можно дорабатывать, объединять, корректировать или менять, если они не дают нужного результата. А там, где речь идёт о национальных технологических приоритетах, работающие инструменты стоит усиливать.
При этом эффективность государственной поддержки следует измерять не только тем, сколько бюджет недополучил сегодня, но и тем, какой экономический и технологический результат страна получит на горизонте нескольких лет. В этом и состоит смысл «донастройки»: не сокращать возможности отрасли инвестировать в развитие, а добиваться от системы господдержки большей отдачи для экономики и технологического лидерства страны.
