Клон дай

Биткоин во вторник сам себя клонировал. Рядом с Bitcoin возникла ещё одна криптовалюта, Bitcoin Cash, несколько более совершенная технически, транзакции с ней идут быстрее.

Если бы предлога отпочковать от биткоина ещё одну КВ не было, имело смысл его придумать: в первый же день случилась капитализация Bitcoin Cash, 8 миллиардов. Для сравнения, у Visa капитализация 230 миллиардов, при том, что оборот Visa – более 4 триллионов долларов в год, на этом фоне оборот Bitcoin Cash не виден даже в микроскоп. Может, и правда придумали. Ради восьми миллиардов за день не такое придумаешь.

Так или иначе, имеем повод поговорить о КВ. Сначала немного общих слов, поскольку «товар такой странный, совсем небывалый» (с) Н. П. Коробочка.

Криптовалюта – распределённая в одноранговой сети система учёта условных единиц и операций с ними. Транзакции хорошо защищены от фальсификаций (приставка «крипто» принципиально важна), анонимны и неотменимы. Девальвировать КВ сложно, если вообще возможно: эмиссия проблематична, сколько условных единиц поступит в обращение, от людей не зависит. Изъять из обращения условные единицы тоже не выйдет. Отдельно взятый владелец, конечно, может придержать принадлежащие ему криптофантики, но и только.

А вот украсть КВ – это пожалуйста. Был бы смысл воровать, а уж метод придумают.

Смысл как раз имеется, поскольку КВ выполняют функцию денег. Для условных криптовалютных единиц проделаны шлюзы из киберпространства в реальный мир: биржи, где торгуются биткоины, или совместно используемые кошельки, их применяют для транзакций, требующих подтверждения сделок третьей стороной.

У криптоденег есть важные особенности. Главная из них – упомянутая анонимность транзакций. Если вам надо оплатить наркотики или преступление, равноценной замены биткоину не найти. В сочетании с Tor-сетями биткоин позволяет всякому мерзавцу с деньгами заделаться профессором Мориарти и оплачивать онлайн всё вплоть до убийств.

Другая особенность: КВ претендуют на роль мировых денег, не спрашивая на то согласия государств.

Как вписать КВ в финансовый мир, непонятно. Общественные институты во главе с государствами осторожничают, т.к. КВ таит потенциальную опасность непредставимого масштаба – тут мы имеем сюжет, использованный Стругацкими для «Жука в муравейнике».

Япония, Канада, Сингапур и Бразилия разрешили хождение «virtual currency». VC и криптовалюта, правда, не одно и то же, но не это главное. Главное в том, что апологеты и держатели КВ не должны радоваться: госрегулирование нынешние неконтролируемые спекуляции с КВ просто прибьёт.

Собственно, уже прибивает. Ровно за неделю до Bitcoin Cash комиссия по ценным бумагам и биржам США приравняла создание КВ к выпуску ценных бумаг, с соответствующим регулированием процедуры. Это справедливо, поскольку всякая капитализация КВ происходит исключительно из веры спекулянтов в светлое будущее криптофантиков.

В большинстве стран, в России тоже, пока что можно оперировать с криптовалютой на свой страх и риск. Что и происходит – особо прогрессивные кредитные учреждения покупают и продают биткоины за рубли.

Но в целом на нашем диком востоке дела с КВ обстоят как-то странно. На прошлой неделе в аналитическом центре при правительстве случился посвящённый КВ круглый стол. Начальник управления ЦБ Максим Григорьев битым словом заявил, что «[удачных] кейсов [применения КВ в России] нет», и объяснил это тем, что «в идеях блокчейна или нет потребности, или решение уступает централизованному», тем не менее создавать свою криптовалюту со своими алгоритмами шифрования несомненно надо. Поди пойми, где тут логика.

Купечество в лице уполномоченного при президенте России по правам предпринимателей Бориса Титова изъяснялось туманно: «Мы не представляем ещё новых сущностей» (это о токенах — АА), что не отменяет задачи «сформировать возможности для будущего».

Интернет-соратник Титова, Дмитрий Мариничев, с пониманием новых сущностей проблем не испытал и заявил, среди прочего, что КВ – несомненное благо для всех и каждого, и что у него, Мариничева, «нет задачи сохранить ЦБ», конец цитаты.

Вот захочешь такое прокомментировать, да только руками разведёшь.

Заканчиваю. Намерение сделать отечественную КВ, чтобы спекулировать ею, понятно и даже извинительно. Попробовать можно, почему нет, в умелых руках и КВ – вещь. (Мариничев, например, всерьёз полагает, что майнить КВ для России значит занять правильную нишу в мировом разделении труда.)

Но если не путать своё благо с, простите, народным, выяснится, что задачка чересчур сложна, программированием и отечественными алгоритмами шифрования от неё не отделаешься. Прежде чем программировать и майнить, хорошо бы понять природу явления и то, как Центробанку контролировать КВ. До тех пор, пока такого понимания нет, разрешить хождение КВ было бы опаснее, чем разрешить ношение оружия.

О замене традиционных денег на КВ и речи быть не может. Что делали бы Рузвельт с Кейнсом, не будь у Америки печатного станка? Каким бы тогда получился выход из Великой депрессии, если бы вообще получился бы? Это только один пример, показывающий, что КВ должна знать своё место.

До сих пор криптовалюты не сделали счастливыми никого, кроме выгодоприобретателей от ICO. И ничем, кроме стремления части публики к лёгким и быстрым деньгам, нельзя объяснить существование уже более тысячи видов КВ. Это явление сродни золотой лихорадке – рвануть на новый Клондайк и застолбить там участок, то бишь придумать свой клон КВ, – дело нехитрое, исходные коды открыты. Глядишь, повезёт с ICO. Ещё можно наняться и майнить на чужом участке.

Если кто-то скажет, что в этом и состоит цифровая экономика, знайте – перед вами враг.

ВАШ КОММЕНТАРИЙ:

Please enter your comment!
Please enter your name here

семь + 7 =