Игорь Щёголев: регулярно получаем подтверждения о небезопасности нашей телеком-инфраструктуры

Российская телекоммуникационная инфраструктура не в должной степени безопасна, значительную часть проблем можно устранить только через импортозамещение, заявил в интервью РБК помощник президента России Игорь Щёголев.

«Мы регулярно получаем подтверждения, что наша телекоммуникационная инфраструктура не в должной степени безопасна. Кто-то что-то подслушивает, подсматривает, расставляет какие-то сервера, которые за кем-то следят, забирается к нам домой через смарт-телевизоры. И что, государство должно просто с этим смириться? Мы видим, что значительную часть проблем можно устранить только через импортозамещение. Хотя бы на тех направлениях, где это необходимо для государственной безопасности — экономической, информационной, физической и так далее», — сказал помощник президента.

Он также отметил, что не видит ничего плохого в том, что у нас есть компании, которые хотят продвигать свои продукты и зарабатывать на этом деньги. «В этом, по-моему, смысл той экономики, в условиях которой мы живем», — сказал Щёголев.

Об ICANN и стабильности Рунета

Игорь Щёголев рассказал, что в 2014 году прошли учения, которые показали, что угроза для стабильности Рунета действительно существует: «Угроза не гипотетическая, она практическая. Это показывают и события последних лет, когда целые страны внезапно на несколько дней отключались от интернета. Был случай Северной Кореи, был случай Сирии. Есть материалы, подтверждающие, что по меньшей мере в одном из этих случаев это было результатом целенаправленного воздействия».

При этом у российских властей нет задачи сделать так, чтобы Интернет был автономен, чтобы мы были отключены от внешнего мира. По словам Щёголева, задача стоит в том, чтобы в случае целенаправленного внешнего воздействия, которое не будет бесконечным, а будет длиться какое-то время, внутри страны наш Интернет должен сохранять работоспособность.

Что касается реформы управления Интернетом, то, по мнению помощника президента, реформа ICANN ситуацию не улучшила: «До этого хотя бы можно было предъявить претензии правительству США, если что-то происходило. А сейчас это некая автономная или некоммерческая организация, которая просто работает по американскому праву. И американские чиновники могут сказать: «Мы здесь ни при чем. Идите в суд в Калифорнии и судитесь с этими ребятами».

«Мы считаем, что должны продолжать дискуссию, договариваться. Нелегитимность никуда не денется, все время будут возникать вопросы: как управляется Интернет, что с ним происходит? Страны будут вынуждены искать технические и юридические решения, которые их в этой ситуации защищают», — сказал он.

Одно из таких решений — это законопроект о российском сегменте сети «Интернет». По мнению Щёголева, это — инструмент по обеспечению нашей безопасности: «Зарубежные коллеги будут понимать, что в мире идут процессы, которые, может быть, заставят их задуматься над тем, чтобы все-таки провести настоящую реформу международного управления Интернетом».

Он также рассказал, что в нашей стране ведется поиск инструментов, как убедить транснациональные компании исполнять российское законодательство, решения наших государственных органов и судов. «Просто в диалоге убедить их не получается. Полная блокировка — это слишком радикальный способ. Если в качестве одной из мер будет признано возможным и целесообразным замедление трафика, то это, может быть, отрезвит мировых гигантов, которые всячески стремятся злоупотреблять своим монопольным положением на нашем рынке и не спешат исполнять решения российских властей», — сказал он.

У пользователей при этом будет возможность работать с аналогичными сервисами российских компаний. Такая мера пока обсуждается на уровне идеи.

О больших пользовательских данных

С развитием промышленного Интернета и Интернета вещей объем данных, по которым можно будет однозначно вычислить человека, с которым эти данные связаны, будет увеличиваться. И не всегда эти данные могут быть квалифицированы напрямую как персональные.

«Уже сейчас есть явления, которые находятся на грани, в серой зоне, просто пока эта зона не отрегулирована. Когда, например, операторы связи передают данные об абонентах банкам и другим компаниям. Строго говоря, они собирают данные о пользователях, которые прямо не прописаны в законе о персональных данных. Но они явно были собраны не в тех целях, на которые давал согласие абонент», — говорит помощник президента.

По его словам, российские власти хотят, чтобы у пользователя появилось больше возможностей влиять на судьбу тех данных, которые о нем получены.

Пользователи, когда подписывались под пользовательскими соглашениями, понимали, что их данные нужны для определенной цели. Но с течением времени их стали использовать по-другому. «У людей должно быть понимание, что о них собирается и для каких целей это используется. Должна быть возможность сказать: «Для этого я готов такие-то данные предоставлять и готов, чтобы они таким образом использовались, а для этого не готов. Поэтому, будьте любезны, эти данные обо мне больше не используйте», — считает Щёголев.